«Люблю это состояние открытия, во время которого все неслучайно. В такие минуты многие хорошие снимки получаются сами собой», — говорит фотограф и участник клуба «Российское фото» Михаил Шмелёв. Для Михаила пейзажная съемка — больше, чем пространство для творчества.

- Михаил, добрый день! Расскажите, пожалуйста, как вы открыли для себя мир фотографии и как давно начали фотографировать?

- Главным поводом к тому, чтобы заняться фотографией, для меня стало увлечение кинематографом. Помню, в какой-то момент кино буквально захватило меня, увлекло элегантностью и силой визуальных форм. Уже 10–12 лет тому назад в Сети можно было найти фильмографии признанных мэтров кино, поэтому я так и знакомился с этим искусством — целыми фильмографиями. Анализировал увиденное, вписывал в свою картину мира, затем читал в Интернете критику, рецензии. Собственно, этот процесс увлекает меня не меньше прежнего и сейчас.

2017-03-18

Когда занят делом, которое в радость, это большое счастье - так у нас говорят. Довольно странно слышать это в стране, где абсолютно каждому свободно открыт огромный выбор направлений деятельности. Это не Индия, где вы корзинщик, мусорщик или нищий монах от рождения и ограничения в выборе профессии наследственно закреплены. При этом главный парадокс заключается в том, что индус, как правило, любит свое дело, к какой касте ни принадлежал бы. Один с радостью плетет корзины, другой с улыбкой подметает мусор, третий с удовольствием чистит обувь, и все они счастливы. То ли дело мы, не довольные. Сидя в тёплом офисе с кружкой халявного кофе, мы попрекаем жизнь, которую выбрали сами. Почему так?

Все дело в отношении. Самая бюджетная инвестиция, которая доступна даже тогда, когда на собственное дело вовсе нет денег - это правильное, созидательное и позитивное отношение к делу, которым занят. Ты просто берешь и делаешь, осваиваешь выбранное начиная с азов и двигаясь к вершине. Любимое дело, как правило, означает позитивный и творческий настрой, который, в свою очередь, позволяет выдавать более интересный и качественный результат.

Достаточно ли просто радоваться? Конечно, нет. Вероятнее всего, лотырейный билет не выпадет, и придется много трудиться. Будет сложно - так у нас говорят. Но что такое "сложно"? Может быть, это когда появляется еще одно дело, которое нельзя отложить? А, может быть, два дела, три? И вдруг захочется ныть, жаловаться, что это тяжело, что вам не потянуть, а то и вовсе сбросить лишний груз?

Но ведь эти дела пришли именно к вам. Они пришли, чтобы выковать вас. И они пришли сейчас. Не менее важно, что каждое новое занятие расширяет кругозор, который, как известно, всегда богаче точки зрения...

А еще, с новым делом придут силы. С появлением нового дела (при условии правильного, позитивного восприятия) вам не придется делить "иссякающие" ресурсы, потому что их станет пропорционально больше. Теперь сил хватит на два занятия сразу, хотя раньше, когда вы сидели в офисе и ныли, вам с трудом хватало на одно. Кроме этого, чрезвычайно мощным является эффект смены деятельности: переключение между делами рождает новые мысли и идеи, которые, определённо, приоткрывают новые перспективы. И вот, незаметно, у вас уже не одно, не два, а несколько важных (и интересных) дел, каждое из которых спорится. И каждое - в радость. Это приятное состояние называется синергией.

Но всё же, что если захочется отдохнуть от всего этого - спросите вы? Вы меня не слушаете :) Метод позитивного и спонтанного "иду и делаю с радостью" не требует отдыха! Чтобы применить его, не нужны подготовка и инвестиции. Вы просто щелкаете пальцами и становитесь другим. Впрочем, при определённой сноровке даже пальцами щелкать не нужно.

Боголюбимое. Боголюбово. Возможно ли сказать об этом крае лучше? Уединенный, поистине благословенный уголок природы, где в совершенной гармонии соединились мастерство создателя и рукотворное мастерство. Место, исполненное необыкновенной, простой красоты и благозвучности, где достаточно просто смотреть и слушать. Смотреть и слушать как сменяют ход времена года. 

2017-03-04

Солнце прячется за линию горизонта и наступают влажные холодные сумерки. Туманная пелена укутывает землю. Стоит замешкаться на четверть часа, и придётся пробираться к дороге потемну.

Слышу, как где-то поодаль, спешно хлопая крыльями, с воды срывается утка. Через мгновение этот звук растворяется в тишине.

Ратрак без промедления ушел вниз, где его урчание и свет огней поглотила плотная пелена облаков. Мы же находились прямо над облаками, будто поверх мягкого пушистого одеяла, над которым нерукотворной стеной, монументально и неприступно возносился во всем своем величии Главный Кавказский Хребет. Он властвовал безраздельно в этом храме пустоты, холода и высоты.

Однако, вдоль линии горизонта разливались уже нежные краски, возвещавшие новый день, да касался вершин робко, но неумолимо первый луч солнца.

Ни с чем не сравнимое чувство первооткрывателя охватило меня. Как это возможно - нежиться в уютной кровати там, внизу, обменяв этот головокружительный пейзаж на мгновение сладкого сна? Большей праздности я не мог себе представить...

2016-08-02

...Взгляд мой скользил туда, в бесконечную, звенящую в разреженном морозном воздухе чистоту. В великолепную даль. И всё вокруг было залито светом ясного утра, и сердце билось часто, радостно, и немного перехватывало дух: то ли от высоты, то ли от внезапной невозможности осознать подлинную величину открывшегося с вершины Пространства.

Не встречая сопротивления, взгляд скользил вдоль изогнутой линии горизонта, вслед едва различимой границе белоснежной молочной пены и ослепительной синевы. А я вертелся на месте, вертел во все стороны головой для того, чтобы увидеть Всё. Почувствовать Всё. Чтобы насладиться им, запомнить его, и, может быть, даже понять его. Я будто знал, что именно здесь возможно понять, каково же оно на самом деле, это Всё.

(из восхождения на западную вершину Эльбруса, 5642м)

Вода неспешно заполняет пойму, заливает жухлые, прибитые долгой зимой луга. Как будто жизнь втекает в эти земли. Там, где ещё вчера разгуливал в резиновых сапогах, сегодня уже приличная топь.

С тех пор, как начала прибывать вода, пройдёт всего пара недель, и эти края наполнит движение - мощная зелёная листва попрёт, зашумят на ветру деревья. А как сойдёт разлив, взгляду откроется сочный ковер зазеленившихся лугов. Он будет пахнуть насыщенно и терпко, разнотравие явится обновлённым, спелым, свежим. Однако, весна вступит в свои владения только тогда, когда сонм комарья взовьётся в воздух =)

Мощный шорох раздался в кроне дерева в нескольких метрах поодаль. Спустя мгновение огромные крылья со свистом разрезали воздух над моей головой и все стихло.

"Ох, что это только что было?.." - Едва опомнившись, подумал я, но пальцы уже привычно крутили колесо зума, чтобы проверить, резким ли получился снимок :)

- Молодой Каракара, падальщик. - Подсказал мне рейнджер на биваке спустя час. - Только что покушал. Nice shot!

2016-01-27

Вживую масштаб этот, действительно, сражает своей монументальностью. В особенности утром, когда снежные пики начинают проступать сквозь таинственный туман, а вслед за этим ударяют по вершинам первые лучи солнца.

В такие мгновения может оказаться полезным вспомнить вдруг какой-нибудь бытовой вопрос, который еще вчера, когда ты был в городской черте, не давал тебе покоя. Вспомнить, чтобы понять, какие же банальности и ерунда занимают наш ум бОльшую часть времени. И как все это мелочно и глупо в сравнении с красотой и величием живой Природы.

А то сидишь всю жизнь в черте города, радуешься своим маленьким городским победам и даже думаешь иногда, что тебе вполне достаточно этого удобного бетонного счастья.

По возвращению с острова Тао мы зареклись плавать на мелких посудинах в море. Да что говорить о мелких - мы содрогались при одном воспоминании о путешествии на трехпалубном катамаране Lomprayah, который отголоски шторма, случившегося накануне, в тот день нещадно замесили волнами.

Та еще была поездочка! Ужас длился бесконечно. Пока мы плыли, посудину швыряло из стороны в сторону, вздымая на клокочущую волну и швыряя в бездонную пропасть, а триста пассажиров ощущали себя словно кильки в консервной банке, которой сборная команда по хоккею, спутав с шайбой, полтора часа расстреливала ворота соперников. Самые слабые кильки еще до отправления, пока Ломпрайю качало у пристани, уже лежали в беспамятстве жабрами вверх, рефлекторно сжимая в руках переполненные пакетики с утренним завтраком. Других можно было наблюдать в самых разных позах - лишь бы тошнилось легче! Третьи молились и закатывали глаза от осознания того, что мы только отплыли, но кошмар уже невыносим...

Среди пассажиров дьявольского кильковоза в тот день было не более двух десятков бравых красавцев - отважных путешественников, сильных характером и желудком. Как правило, это были крепкие загорелые просоленные морем бекпекеры, ребята средних лет, взиравшие на происходящий праздник живота со снисходительной ухмылкой. Возможно, это были опытные дайверы, не один десяток лет знакомые с темпераментом морского владыки. Однако следующие сорок минут плавания разметали их самоуверенность в клочья и отправили туда же - на дно могущественных пластиковых пакетиков для рыгачки.

Просыпаясь изредка из состояния килькозабытья, помню, как отмечал на автомате, что эти бравые ребята неизбежно друг за другом сползали в креслах, из последних сил сверля угасающим взглядом какую-нибудь одну точку, потому что только так можно было продержаться на секунду дольше. "Ох уж эти дайверы - лишь бы на секунду дольше!" - с завистью думал я, но уже был уверен, что все они неотвратимо и неизбежно присоединятся к общему празднику.

В этом желудочно-кишечном танце, разыгравшемся в салоне катамарана, не участвовал в тот день лишь один человек. Им был коренастый маленький тайский матрос, этакий короткогоний морской демон-искуситель, материализовывавшийся в подходящий момент рядом, да не один, а с упаковкой черных пластиковых пакетиков, устоять пред видом которых было невозможно. Матроса украшали задорная тельняшка и нежная радушная улыбка, и неизвестно что из этого более побуждало благодарного пассажира, разомлевшего от комфортабельного путешествия, протянуть потную дрожащую ладошку за вожделенным контейнером для своего завтрака...

Прошла целая вечность, прежде чем Ломпрайя прибыла в порт. Затем еще лет пятьдесят ошалевшие бледно-синие пассажиры, как зомби, толпились перед выходом на трап, не решаясь ступить на вожделенную твердь. "Oh my God!!!", "Fuck!!!", "Бляя!!" - раздавались бесцветные хрипы вокруг.

- Спасибо, что воспользовались услугами нашей компании! - С вежливой улыбкой отвечал лучезарный матрос :))

Затем, помню, мы бросали рюкзаки прямо на пристани и валились поверх. Выбеленные солнцем и солью горячие сухие доски были невыносимо долгожданны, они несли блаженство и радость и, самое главное - они были совершенно неподвижны...никакой качки! Тем временем голова напоминала аквариум, в котором вращением создали воронку. А вместо рыбок были остатки мыслей... "Да, раские острова иногда требуют дорогой выкуп.."

- Ооо... Нахрен Симиланы! И Самуи в ж_пу! - едва слышно пропищала Лена, словно считав мою мысль.

Стоит ли говорить, что не более чем через три недели мы вновь стояли в очереди на паром, отправлявшийся на остров Панган...

Информация о беспорядках не подтвердилась - я спросил вот этого местного, и он заверил меня, что в Тайланде все ОК:

Бангкок - столица Тайланда. С высоты выглядит очень современно и технологично:

Если несколько часов тому назад я разгуливал по балконам (слева на фото вверху) в одной футболке, то после заката фотографировать этот гигантский холодильник стометровой высоты оказалось возможным только облачившись в полный комплект зимней одежды. Но даже в ней ёжишься от холода, когда набегающий ветерок доносит с ледника тысячелетнюю стужу.

Сам ледяной зверь рычит, щелкает, грохочет... То и дело доносится звук рушащегося льда, а минут десять спустя приходит волна и бьёт друг о друга тяжелые льдины словно стекло.

Хрупкие пятачки цивилизации бывают вполне притягательны визуально, будучи обнаружены в масштабном и драматическом природном обрамлении. Они задают верное ощущение пространства и подчеркивают размах нерукотворной сцены.

Примерно так думал я, впотьмах шагая узкой тропой вверх по склону. Небо было плотно затянуто облаками, но я знал о полнолунии и надеялся на то, что суровая непредсказуемая погода этих мест таки побалует сюрпризами. Изредка оборачиваясь, я смотрел на огни хостерии Pehoe, приютившейся на островке в центре одноименного озера. На фоне могучих горных вершин под непоседливым своенравным небом «ревущих сороковых» этот кусочек цивилизации казался особенно хрупким и недолговечным. Как будто духи этих мест дали ему лишь временное добро.

Перебравшись накануне из парка Los Glaciares, который я нашел существенно более диким и нелюдимым, чем эти места, я немного осмелел. Помню, как там мне не давала покоя мысль о ночной встрече с пумой, обитающей здесь повсеместно. В одиночестве возвращаясь после заката солнца к палатке или уходя еще до рассвета, очень неуютно чувствуешь себя один на один с дикой и незнакомой тебе природой за пятнадцать тысяч километров от дома.

К чему это – ходить в неположенное время в опасном месте в одиночку? Извечный вопрос противникам сидеть в четырех стенах. Интерес, глупость, ген путешественника – вот предпосылки. Однако, голодную кошку весом под сто килограмм вряд ли заинтересуют эти аспекты. Помню, как первые дни засыпал в палатке - тревожно, будто ощущая себя страусом, отгородившимся от опасности тонким капроновым пологом. Через несколько дней стало проще, начала просыпаться «чуйка» - она подсказывала, где ходить, куда не лезть. Зрение становилось острее, обоняние чутче.. Но все же, выходя иной раз под скалы и чувствуя резкий запах звериной лежанки где-то в десятке метров над головой, я ёжился от страха и быстро, но без спешки, убирался прочь. На территории Torres del Paine мне показалось куда спокойнее. Ночью часто проглядывала луна, не более чем в двух километрах поблизости пролегала гравийка, иногда был слышен дальний звук проезжающего автомобиля или виден его пыльный шлейф. Где-то рядом точно были люди и это создавало ощущение, будто находишься на своей территории. Здесь я бывал на точках дольше обычного. Не раз и не два мне доводилось застать фантастически красивые метаморфозы природы уже после заката солнца, да и в целом ощущение большей безопасности этой части Патагонии в сравнении с предыдущей было как нельзя кстати: днем практически непрерывно лил дождь и погода менялась уже который день лишь под вечер. Накануне заката я пробирался на запримеченные места, где мог, развалившись на камнях с рюкзаком под спиной, наблюдать красочные атмосферные представления, коими широко известен этот край. Однако, на удалении пары километров от гравийки, на которой я оставлял машину и шел дальше тропами, я чувствовал спокойствие и безопасность ровно три дня. На четвертую ночь, как намек, что более расслабляться не стоит, меня ждала неожиданная встреча прямо на дороге. Это была встреча с пумой.

Погодные споты в окрестностях горы накануне публиковали неутешительные данные: ветер 38 узлов, облачность 98%. Это означало, что ближайшие дни будет лить как из ведра, да с этакими приятными шквальными порывами воды и ветра... Вполне типично для этих мест. Информацией поделились испанцы, пришедшие обороткой.

Я решил свернуть лагерь, по сухой тропе спустился в поселок и разместился в отеле. Однако, по привычке проснувшись в 4 утра, увидел звёзды за окном. Уже через полчаса я встречал этот нежно-розовый и чистый, столь редкий для этих мест рассвет, длившийся не более двух минут.

Вот уже стремительно растекалась по балкам вечерняя мгла. Бесноватый ветер гнал ее кулуарами, рвал в клочья и вдруг бросал, чтобы тотчас возникнуть в другом месте, но с той же целью. Дождь ненадолго прекратился и даже слабые краски заката проступили по верхам.

С заходом солнца становится совсем неприветливо. Спешишь убраться в свой лагерь - одинокую палатку в лесу. Засыпать в ней так странно. Будто находишься рядом с большой водой. Ветер всю ночь свирепствует в кронах деревьев, навязывая свой неуемный характер, рождая этот неутихающий шум, напоминающий звук волн. В нем едва ли можно расслышать, даже если пройдет поблизости крупный зверь.

Это все ветер - заронит в душу сомнение, а за сомнением тянется страх, рождая тревожные мысли, и вот уже чудится хруст под чьим-то осторожным, но нелегким шагом. И становится вдруг неуютно и жарко в тесном коконе спального мешка…

Вдоволь наигравшись со страхом, глубоким выдохом выдавливаешь его из груди. Знанием, что все - суета. Проваливаясь в сон, вспоминаешь мельком о расстоянии. 15 тысяч километров – ты еще не ставил палатку так далеко от дома.

В суровых краях Патагонии все живое ведет ежеминутную борьбу за существование. Помню, как снимал эту панораму под шквальными порывами ветра, привязав для устойчивости штатив репшнуром к выступу вулканической породы.

Ветви мощных скрюченных деревьев вряд ли можно согнуть, даже применив силу. Однако ветру это удается, и вот на снимке появляется эффект движения: кажется, что деревья вот вот схлестнутся в бою друг с другом. Хотя на самом деле они безобидные и лишь противостоят силам Природы..

Часто приходится слышать, какая не простая штука жизнь, что все так постно, однообразно, беспросветно. Что существование больше похоже на бесконечные блуждания по тёмным балкам да кулуарам под бесконечно моросящим дождем.

Эй, путник! Так что ты делаешь там, внизу? Где ты растратил эмоции и позабыл аромат странствий? Оглянись - вокруг тебя вершины возносятся вверх. За пределами привычного пространства есть другие миры! Разрушь унылое однообразие. Прочь с проторенной тропы. Уныние коварней жажды. Ничто не губит столь же неотвратимо, как Зона комфортного постоянства.

Иные пятачки цивилизации бывают вполне притягательны визуально, будучи помещены в масштабный и драматический природный экстерьер. Они задают верное ощущение пространства и подчеркивают размах нерукотворной сцены.

Примерно так думал я, впотьмах шагая узкой тропой вверх по склону. Небо было плотно затянуто облаками, но я знал о полнолунии и надеялся на то, что суровая непредсказуемая погода этих мест таки побалует сюрпризами. Изредка оборачиваясь, я смотрел на огни хостерии Pehoe, приютившейся на островке в центре одноименного озера. На фоне могучих горных вершин под непоседливым своенравным небом «ревущих сороковых» этот кусочек цивилизации казался особенно хрупким и недолговечным. Как будто духи этих мест дали ему лишь временное добро.

Перебравшись накануне из парка Los Glaciares, который я нашел существенно более диким и нелюдимым, чем эти места, я немного осмелел. Помню, как там мне не давала покоя мысль о ночной встрече с пумой, обитающей здесь повсеместно. В одиночестве возвращаясь после заката солнца к палатке или уходя еще до рассвета, очень неуютно чувствуешь себя один на один с дикой и незнакомой тебе природой за пятнадцать тысяч километров от дома.

К чему это – ходить в неположенное время в опасном месте в одиночку? Извечный вопрос противникам сидеть в четырех стенах. Интерес, глупость, ген путешественника – вот предпосылки. Однако, голодную кошку весом под сто килограмм вряд ли заинтересуют эти аспекты.

Помню, как первые дни засыпал в палатке - тревожно, будто ощущая себя страусом, отгородившимся от опасности тонким капроновым пологом. Через несколько дней стало проще, начала просыпаться «чуйка» - она подсказывала, где ходить, куда не лезть. Зрение становилось острее, обоняние чутче.. Но все же, выходя иной раз под скалы и чувствуя резкий запах звериной лежанки где-то в десятке метров над головой, я ёжился от страха и быстро, но без спешки, убирался прочь.

На территории Torres del Paine мне показалось куда спокойнее. Ночью часто проглядывала луна, не более чем в двух километрах поблизости пролегала гравийка, иногда был слышен дальний звук проезжающего автомобиля или виден его пыльный шлейф. Где-то рядом точно были люди и это создавало ощущение, будто находишься на своей территории. Здесь я бывал на точках дольше обычного. Не раз и не два мне доводилось застать фантастически красивые метаморфозы природы уже после заката солнца, да и в целом ощущение большей безопасности этой части Патагонии в сравнении с предыдущей было как нельзя кстати: днем практически непрерывно лил дождь и погода менялась уже который день лишь под вечер.

Накануне заката я пробирался на запримеченные места, где мог, развалившись на камнях с рюкзаком под спиной, наблюдать красочные атмосферные представления, коими широко известен этот край. Однако, на удалении пары километров от гравийки, на которой я оставлял машину и шел дальше тропами, я чувствовал спокойствие и безопасность ровно три дня. На четвертую ночь, как намек, что более расслабляться не стоит, меня ждала неожиданная встреча прямо на дороге. Это была встреча с пумой.

По приглашению Департамента градостроительной политики Москвы посетили Центральный Детский Магазин, открывшийся после реконструкции.

2015-02-15

Так просто и, одновременно, так сложно освободить свой разум от всего прочего, кроме созерцания. Чтобы покинули мысли, воспоминания, желания. Чтобы времени ход растворился в окружающем пространстве, не заботя тебя, не отвлекая более. Чтобы ты сам - растворился. Под вечер в той стороне, куда стягиваются закатные краски, неведомая сила развеет в стороны небесную дымку и сквозь неё будто глянет на тебя внимательно глаз наблюдателя недосягаемого, неземного.

Форма этих скал напоминает мне хребет задремавшего ящера. Будто реликтовый зверь залёг в тысячелетних льдах, небрежно ткнув в землю каменной мордой. Уснул. В такт его неторопливому дыханию сменяются здесь времена года.

За окном беспросветно лил дождь и в ближайшие часы, а то и до самой ночи, небо не предвещало ничего хорошего. Комфортно разместившись в кресле арендованного авто, запаркованного в неприметном съезде с грунтовки, что протянулась на сотни километров через эти дикие места, под мерный звук барабанящего по металлу дождя я добросовестно пытался читать, однако страницы не клеились между собой. Они как будто были слишком далеки от моего теперешнего положения: книжный слог казался мне медленным, механистичным, безнадежно устаревшим, как и носившая его потрёпанная пожелтевшая бумага, взволнованная влажным климатом этих мест.

"Множеству книг не будет конца, и увлекаться ими - утомительно для плоти" - тысячу лет назад говаривал великий книжный ум. Определенно, он вещал эту истину на страницах очередного труда, и в этом обстоятельстве с долей иронии просматривалась еще одна жизненная коллизия, обилие которых до сих пор препятствует появлению исчерпывающе-корректного руководства "Как правильно жить".

Правильно жить - это так интуитивно, мимолетно. Попытайся выразить, и время, затраченное на описание правильности, в мгновение прольётся сквозь пальцы, а снаружи уже родится очередной - новый мир, но к нему точно так же случится не успеть подобрать нужных слов.

Днем ранее недалеко от моей стоянки я нашел это дерево. Оно задумчиво и своевольно властвовало над окружающей низкорослой флорой. Изломанное ветрами, обожженное пожарами, истерзанное стихиями. Непокорённое. Не раз я возвращался к нему и увлеченно читал в его мрачноватых, выбеленных изгибах скрученную в пружины волю и сокрушительную силу жизни. Будто передо мной был почтенный седовласый старец, не утративший стали мышц.

Здесь встречаются деревья твёрже камня. Закрепившись в породе сотни лет назад и получив мельчайший шанс выжить, они ведут ежесекундную борьбу за существование. По миллиметру в год тянут корни в расщелинах вулканической породы, разрывают в клочья тесный камень. Иные деревья куда сильнее многих людей. Однако, я вряд ли когда-нибудь встречу книгу с историями их жизни. И это хорошо.. По-настоящему интересные сюжеты можно найти лишь на страницах ненаписанных книг.

Удивительно, но в окрестностях деревушки El Chalten – треккинговой мекки национального парка Los Glaciares, над бесконечными ледовыми полями властвуют сразу две совершенно не похожие друг на друга вершины. Первую – Фицрой – я уже показывал, но вторая постоянно скрывалась под сенью тяжелых облаков несмотря на то, что расположена всего в четырех километрах западнее «Дымящей горы». Лишь спустя две недели мне удалось увидеть ее чистой.

Вторая вершина - легендарная Cerro Torre. Она является одной из самых труднодоступных в мире, и, определённо, находится в числе самых красивых. Высота этой горы (3102м) может показаться не особенно большой, если бы не относительная высота гранитного клыка, превышающая 1200м над уровнем ледника.

Техническая сложность лазания по отвесной гранитной стене сочетается с невероятно сложной и непредсказуемой погодой этих мест – здесь дуют сильнейшие ветра, сопровождаемые большими перепадами температур. На фотографии видно, какой благородный цвет в рассветных лучах придает этой горе снежная седина, покрывающая вершину, словно пудра. Так выглядят ледяные наморожения на поверхностях стен, достигающие десятков метров толщины. Их еще называют mushrooms, или ледяные «грибы», представляющие крайнюю опасность для восходителей.

Лионель Террай, впервые покоривший Фицрой в 1952 году, назвал Cerro Torre «Невозможной горой». История альпинизма ушедшего века полностью подтверждает его слова. Считается, что впервые на вершину Cerro Torre человек поднялся в 1959 году. Им был итальянский альпинист Чезаре Маэстри, однако техническая сложность заявленного маршрута и отсутствие фотографических доказательств вызвали сомнения в том, что вершина была покорена.

Чтобы подтвердить свои слова, Маэстри вернулся к подножию Cerro Torre в 1970 году в составе большой экспедиции. В течение двух месяцев работы на стене он с помощью бензинового компрессора забил в гранит около четырехсот шлямбурных крючьев, с помощью которых ему практически удалось добраться до вершины, но дорогу преградили "ледяные грибы". Маестри был вынужден отступить, но, спустившись, все же засчитал себе второе восхождение. Он аргументировал свою позицию тем, что «грибы не являются вершиной и когда-нибудь растают».

В феврале 2012 года американцы Хайден Кеннеди и Джейсон Крук прошли «компрессорный маршрут», не используя вбитые Маэстри крючья. На спуске с вершины они удалили более сотни шлямбуров, мотивируя свое решение тем, что «альпинизм должен быть чистым». Вернер Херцог снял о вершине Cerro Torre свой фильм «Каменный крик».

В наших широтах зима вступает в свои владения, а с противоположной стороны экватора все наоборот: здесь уверенно шагает лето.

Чтобы убедиться в этом, достаточно проделать не такой уж долгий путь длинной в пятнадцать тысяч километров. Благодаря регулярному авиационному сообщению, он вряд ли займёт дольше одного-двух дней.

Впрочем, шестьсот лет тому назад подобные путешествия были за гранью реальности, а весенний пейзаж побережья горного озера Архентино открывался разве что индейцу Теуэльче.. Просвещенная Европа не подозревала о существовании этих мест.

Рассказы об опасностях, таящихся в "Южном океане" были способны охладить пыл даже бывалого морского волка. В то время было принято считать, что Земля плоская, а наблюдения мореплавателей, противоречащие официальной теории, разбивались о железные аргументы ученых мужей: "Быть того не может, чтобы люди жили вверх ногами и вниз головами, а все вещи перевернуты и низ есть верх, а верх есть низ, деревья растут в другую сторону, а дождь, град и снег выпадают наоборот».

Сейчас многие туристы, без особого труда оказывающиеся в местах, (столь отдалённых) лишь посмеются над дремучестью средневековых научных авторитетов... Но я не буду! Всё-таки фотографировать вверх ногами и вниз головой - не очень удобно. Не могу привыкнуть :)

Встань и иди! – подсказывало чистое рассветное небо снаружи. А ведь накануне не было и намёка, что непроницаемые свинцовые облака расступятся.. В такие моменты испытываешь смешанное чувство – невыспавшийся организм, не успевший восстановиться после маршрутов предыдущих дней, настойчиво советует застегнуть полог палатки изнутри :) А спальник – ммм, он такой уютный и тёплый, что, кажется, его невозможно покинуть! Теперь-то я знаю, что сложная погода этих мест случается в том числе для того, чтобы турист мог отдохнуть. Иначе он рискует свалиться с ног от усталости прямо на тропе, не в силах оторвать взгляд от величественных пейзажей Патагонии.

Туристу подавай приключений! И вновь рюкзак привычно ложится на плечи, и остаются за спиной очередные километры горных троп.

У подножия иглоподобных башен Torres del Paine можно перевести дух после длительного пути. Почти весь маршрут пролегает в кулуаре и эти отвесные гранитные зубцы километровой высоты получается увидеть только преодолев заключительные метры подъема. На фотографии виден террикон, образованный отступившим ледником. Слева в породе завис валун размером с грузовик. Ледник переносил такие камни и сбрасывал в гигантский отвал, карабкаясь по которому несколько финальных сотен метров вверх, вдруг достигаешь перегиба, за которым так ловко прячется этот масштабный инопланетный пейзаж.

Поговорим немного о фауне Патагонии. Тук-тук-тук! Королевский магелланов дятел. Осознавая свою августейшую избранность среди прочих дятлов, эта особь с необыкновенным исступлением дырявит лес, нарезая дупла по нескольку штук в одном стволе. Когда королевский магелланов дятел долбит дерево с частотой не менее трёхсот герц, от одного этого вида у зрителя может закружиться голова. Если дятел замолк и не долбит, значит, он осматривается, ищет новое дерево. Тук-тук-тук!

Патагония – край чрезвычайно капризной погоды, поэтому при планировании путешествия стоит уделить этому вопросу основное внимание. Окрестностям Анд характерна плотная облачность, 80% времени полностью скрывающая основные горные доминанты этих мест. Увидеть чистыми вершины Fitzroy, Torre, Cuernos, скалы Torres в течение 1-2 недельной поездки можно при определенном везении, но нужно внимательно колдовать над прогнозами. Местные жители смотрят погоду на windguru.cz, анализируя данные с ближайших погодных спотов.

Безусловно, здесь можно отправляться в треккинговые маршруты даже в условиях плотной облачности – интересной фактуры более чем достаточно. Но более правильным будет ориентироваться на погодные окна, которые могут длиться от полудня до нескольких дней. В часы, когда погода меняется и проясняется небо, можно увидеть этот край особенно красивым. Облака редеют и суровые патагонские вершины открываются взору. В весенние месяцы эта картина дополняется цветущими травами и деревьями, а осенью склоны пестрят оранжевым и ярко-красным. В рассветные часы или во время заката лёгкая облачность на небе добавит красок.

За пять прошедших дней исходил в окрестностях все тропы, но гора не показалась. Вновь шагать потемну до лагеря, где несколько часов сна и ранний подъем. Под непроницаемыми свинцовыми облаками к вечеру часто становится неуютно. Который день солнце садится по ту сторону хребта, но ни единой краски не пробивается сквозь тяжелое небо. В сумерках неумолимо гаснет свет, да прибавляет оборотов ветер. Суровый патагонский ветер не особенно деликатен и днем, но после захода солнца он буквально срывается с цепей: свирепствует в долинах, сбивает с ног, пробирается сквозь молнии и застёжки, похищая остатки драгоценного тепла.

По ту сторону кулуара, где лес укрыл скалы, находится мой лагерь. Громко сказано:) Одинокая палатка под сенью искорёженных ветром деревьев. Можно найти по gps, либо наобум выхватить в темноте фонарем яркий тент. Безумно прекрасное, уникальное место для исследования одиночества…

На вершине холма сейчас, после заката, ловить нечего, но я все же поднимаюсь сюда из любопытства. Набрать сотню метров высоты означает согреться. Иду в фарватере крупных деревьев и камней.

Наверху, в убежище из валунов, скину рюкзак и прильну спиной на массивную гранитную твердь. Очередной порыв ветра ударит по ветвям, взбаламутит листву, через мгновение растворясь вдалеке. А голова лёгкая, ясная. Могучие и чистые природные энергии этих мест без труда проникают во все закоулки сознания.

Внезапно неведомая сила потянет в сторону свинцовое покрывало, распахивая небо догорающим закатным краскам, и Дымящая гора на минуту проступит вдруг в облаках, милостиво приоткрывая свой монументальный лик.

Ледник Перито Морено - один из трёх неотступающих ледников Патагонии. Стена льда высотой, в среднем, около 60 метров. Несмотря на статичную композицию снимка, кое-что все же выдаёт суровый нрав этого дремлющего ледяного зверя.

Белая дымка у подножия ледника - водяная взвесь, поднявшаяся в воздух после того, как многотонная глыба льда откололась и рухнула в воду озера Архентино. Похожий на раскаты грома грохот на десяток километров оповестил об этом окрестности природного парка Лос-Гласиарес.

Через пару минут вода у берегов вскипит, плавающие льдины будут вздыматься вверх более чем на метр и сталкиваться с громким стеклянным звуком, а точку съемки захлестнет волной. О том, что это уже происходило неоднократно, говорит вода на переднем плане. Самое время уносить ноги!

Среди ночи я вероломно забрался на чью-то территорию. Ехать по серпантину девяносто километров до города решительно не было сил. Закат на леднике я встречал в одиночестве - свет был тёплым и нежным, и место, как бы его назвали иностранцы - "spectacular". Часы пролетели незаметно.

На улицах пока еще не видать, но вышел за город, и точно - пришла хозяйка. Пунктуальна.. Заварим чай покрепче, да откроем томик Блока.

Вечер тихий и морозный.

Только снега нет и нет.

За окном включили звезды,

В доме выключили свет.

Из-за леса туча вышла

Дом притих и замолчал

Ночью кто-то еле слышно

В окна лапками стучал,

А под утро в серебристой

Белоснежной тишине

Кто-то чистый и пушистый

На моем лежал окне.

(А. Блок)

Очень многие посещают это место вечером в надежде сфотографировать церковь Покрова на Нерли в закатных лучах. Безусловно, в вечернее время здесь можно застать очень красивый свет, но происходит это довольно редко, так как церковь расположена в пойменной низменности.

Если вам повезло и на небе есть облака, закатное солнце подсветит их в последние минуты - так вы увидите яркий самобытный пейзаж. Но если небо безоблачно, свет покинет эти места еще за 20 минут до заката. Насыщенное красками небо будет совсем в другой стороне, а церковь будто потускнеет на глазах.

Как же увидеть Покрова на Нерли во всей красе? По незнанию или из-за лени, но люди не приходят сюда на рассвете. Между тем, именно рассветные минуты, на мой взгляд, в полной мере подчеркивают гармонию рукотворного и природного начал этого места. Солнце поднимается непосредственно за церковью и вся она оказывается в сиянии лучей. Туман создаёт мистическую атмосферу, стелется, играет со светом в прятки и каждую минуту всё меняется. Безусловно, раннее утро - моё любимое время здесь.

Приезжайте на рассвете, и вы не пожалеете. Не забудьте резиновые сапоги - буйные луговые травы всегда щедро укрыты росой.

2014-08-04

Тысячи горных рек спускаются из-под тающих ледников к озеру Иссык-Куль. Несмелые, едва слышимые ручейки поутру и могучие, шумные, полноводные реки к вечеру жаркого дня. На заре им неподвластна и мелкая галька, но через полсуток решительные воды спрямляют русло, взрезая глинистые берега и обрушивая валуны. Вылизывая гранит до блеска...

Когда образуется затор из камней и коряг, река не медля пройдёт рядом. Проложит новый путь. Она не пасует перед преградой - её небольшая протока продолжит бег и через тесную запруду. Несколько лет вода будет сочиться сквозь ил, пока какой-нибудь трухлявый пень не треснет вдруг, разлетаясь на части, не в силах более бороться с волей стихии. С её жизненной силой, напором, уверенностью.

Тысячи горных рек спускаются из-под тающих ледников, меняя рельеф, до неузнаваемости преображая ландшафт. Создавая новый мир.

Сижу на берегу... учусь.

Чтобы получить на снимке такое "молоко", нужно установить фотоаппарат на штатив и снимать с выдержкой, скажем, в пару минут. За это время тысячи мельчайших брызг от разбивающихся о камни волн разлетятся в стороны, по своему преломляя свет. Матрица фотоаппарата старательно запишет в память каждый такой световой маршрут.

Все мы, подобно этим каплям, вышли из океана - и вернемся обратно в него. Мы - часть суеты, беспорядка, неопределённости. Чтобы наша жизнь оставила след, нужно совсем не много времени. Скажем, пара вселенских минут.

Зябким сумеречным утром так не просто сбросить оковы сна и выбраться из уютной палатки. Шагнуть в росую траву... Туманные силуэты на противоположном берегу реки то проступают, то скрываются вновь, будто кто-то безмолвный топчется подле воды.

Сон уходит, когда в пелене тумана загорается первый отсвет зарницы, а вслед за ним по небосводу неторопливо разбегаются рассветные краски. Природа оживает, свет льётся, теснит утренний туман, принося тепло и надежду. Возвещая новый день жизни.

Фото: ветер раздувает огоньки благовоний у входа в храм, Сураттани, Таиланд 2014.

Когда я прошу судьбу быть благосклонной, я не задумываюсь о том, правильно ли она поймёт меня. В самом деле, иногда я мыслю непоследовательно и нелогично, а истолковываю вслух так и вдвойне. Мне не хотелось бы исполнения того, что я не загадывал, и вполне правильно было бы первым делом просить взаимопонимания с судьбой. Но как это сделать? Внезапно понимаешь, что не так и просто! Так насколько мы, желая чего-то, осознаем, что желаем именно то, что нам нужно?

Перечень наших популярных просьб в адрес провидения довольно однообразен и уныл. Счастье, здоровье, деньги, успех в делах... Зачастую мы даже не задумываемся над точной формулировкой просимого, а лишь адресуем некоторое своё ощущение желаемого абстрактному исполнителю. И в ответ закономерно получаем нечто неопределённое, из непонятного источника. Предположим, килограмм гвоздей. Что за гвозди? Нафига вообще?! Бог смеётся над нами, что ли? Не знаем :)

На минувшей неделе по приглашению Департамента градостроительной политики Москвы мы побывали на 80 этаже строящейся башни Федерации. Во время часовой пробежки по этажам и подъемов на технических лифтах удалось сделать несколько высотных кадров и панорам. Съемка велась преимущественно с 73-75 этажей, так как этажи выше закрыты строительной сеткой и ветрозащитными экранами.

На всякий случай напомню всем желающим, что полюбоваться высотными видами Москвы со смотровых точек Сити может каждый, причем двумя способами. Первый - записаться на экскурсию, в которую входит в том числе посещение обзорной площадки на 58 этаже башни "Империя". Другой вариант увидеть город сверху - посетить ресторан Sixty, находящийся на 62 этаже башни "Запад". Но всё это актуально, если вас не смущает съемка через стекло.

Нам же повезло, лишних стёкол между нами и видами за бортом не было, а был только строгий охранник, пресекавший любую самодеятельность, коей в фотографическом деле всегда хватает :) Итак, смотрим!

В минувшие выходные я побывал на одном из самых любимых мной фестивалей "Быть добру!" 2014. Уже который год подряд я посещаю этот фестиваль потому, что неизменно нахожу здесь идеальное для меня соотношение живой музыки (а именно - импровизации) отзывчивых, добрых людей и нетронутой природы. Фестиваль проходит на землях Калужской области, и каждый раз организаторы выбирают для него новое место. Я очень люблю природу этого края - она относительно легкодоступна, если двигаться из Москвы, но при этом необычайно дика и разнообразна флорой и фауной. Здесь текут чистые реки, множество животных и птиц, а летом луга покрываются буйным и терпким разнотравием.

Также мне очень близок ритм, в котором протекает этот фестваль: музыканты выступают от полудня и до самого утра, предоставляя возможность как следует насладиться музыкой, встретить рассветы или провожать гаснущий день. Мне нравится, что к утру подле сцен остается немного людей. Я люблю смотреть на их сонные, счастливые лица. Люблю, когда голова, освобожденная от городских мыслей, думает непринужденно и легко, а живая музыка так же непринужденно льётся и попадает в самое сердце.

Я выбираю этот фестиваль за удивительную концентрацию настроения, когда всего за пару дней можно ощутить глубокое и бережное освобождение от городской суеты. И даже возвращаться в город с радостью, с ощущением открытия, чувством дней, прожитых отнюдь не напрасно. Я думаю, что организаторы, много лет подряд создающие на волонтерских началах этот праздник не только для себя, но и для всех желающих, руководствуются примерно такими же мотивами. Безусловно, хочу пожелать их будущим проектам сил, удачи и поддержки всех неравнодушных. Как человек с фотоаппаратом, я уже который год стараюсь помочь этому проекту своим взглядом на мир фестиваля - фотографическим взглядом сквозь призму природы, светлых лиц и прекрасной музыки.

Наша майская поездка в Киргизию получилась очень насыщенной. За 14 дней мы посетили самые разные уголки этой небольшой, но яркой и разнообразной страны. В горах нас засыпало снегом, а на южных пустынных плато палило нестерпимым зноем. Мы пересекали каменистые броды, поднимались на высокогорные серпантины, тряслись по разбитым дорогам и проезжали широкополосные хайвэи. Слушали мерное дыхание жемчужного озера Иссык-Куль и наблюдали, как первые лучи солнца оплавляют белоснежные пики Тянь-Шанских хребтов. Встречали закаты в живописных долинах и любовались звёздным небом, которое можно встретить только в горах.

Ни один прожитый день не был похож на другой. Лишь одно на протяжении всего нашего путешествия было постоянным - неизменно добрые, открытые и отзывчивые люди этой страны. По моему глубокому убеждению, именно людьми измеряется в первую очередь богатство любого края. Одним из результатов нашей насыщенной поездки стал этот фотоотчет, с которым я и предлагаю вам ознакомиться. Итак, в путь!

Когда отправляешься в Таиланд - страну, исследованную туристами вдоль и поперек, невольно уделяешь время планированию нестандартного маршрута. Немудрено, ведь к этому моменту ты уже столь часто видел Самуи и Пхукет на фотографиях друзей, что будто сам побывал там не раз. Учитывая это обстоятельство, стараешься искать места более уединенные и малоизвестные.

Три десятка лет тому назад европейские бэкпекеры-первопроходцы, исследуя новые туристические маршруты по Азии и забираясь во все более труднодоступные её уголки, обнаружили в 70 километрах от восточного побережья Малайского полуострова настоящий райский остров, Ко Тао. Два десятка квадратных километров зелёных джунглей, скалистых берегов и живописных пляжей с белым песком, обрамлённых огромными гладкими валунами были абсолютно не тронуты рукой человека.

Первые поселенцы не заставили себя долго ждать - бэкпекерская информационная сеть мгновенно сделала из этого уединенного острова популярное направление, в результате чего бесстрашные и сильные духом самостоятельные туристы стали появляться здесь все чаще. Сегодня я расскажу небольшую историю этих мест.

2014-04-19

Очень люблю пейзажную фотосъемку за хрупкость момента и неожиданные подарки. Сначала высматриваешь ракурс и ориентируешься по солнцу - где и когда его ждать. Изучаешь обстановку. В режимное время приходишь, ждёшь свет, ждёшь момент. А где и как проявится сюжет - до конца является интригой. В одном месте облако закрыло солнце, а в другом благодаря этому проявился потрясающий свет. И всё меняется за считанные минуты - подхватываешь штатив и меняешь позицию. Это только на первый взгляд пейзажная съемка кажется неторопливой и размеренной =)

2014-04-08

Работал у нас на узле телефонистом Иванпетрович. Хваткий мужик, своего не упустит! Начальство его уважало и побаивалось. Слова поперёк никогда ему не скажет. Оно и понятно - видали бы вы, что в кроссировочных шкафах творилось. Все проводами опутано, в иных местах сплошные клубки да скрутки. Понять, откуда и куда какой провод идёт, кроме Иванпетровича, никто бы ни в жизнь не смог! А этот подойдёт, палец послюнявит, пощупает проводку, "Ой!" – скажет, и враз разберётся. Ибо знание!

Очень Иванпетрович этим своим знанием гордился. Гордился-гордился, а потом заболел да умер. И не стало на свете ни одного человека, который на нашем узле, взглянув на клубки с проводкой, да на скрутки, смог бы внятно объяснить, откуда и куда эта телефонная линия направлена.

2014-03-19

Безупречные, все еще бесконечно снежные вершины гор купаются в лучах весеннего солнца. Заполярное лето шагает робко, но маленький город оживает, просыпается, сбрасывая оковы зимнего сна. Воздух, еще недавно морозный, кристальный, бесцветно-чистый, в день-два наполняется удивительными весенними ароматами, и, похоже, вот-вот уже суровый дивный край вспыхнет, засияет богатством яркого, нежного, недолговечного летнего убранства.

В тот самый миг, когда Лена распахивает окна настежь, улыбаясь беспечному безоблачному небу, в горной долине талая речка вдруг смело и решительно надламывает загостившиеся снега. И начинается канитель: река искрится солнцем, вспыхивает, сверкает бриллиантовыми брызгами, шумит весело, беззаботно, счастливо, стремительно увлекая прозрачными водами вслед за собой вдаль радостную весть... Так в этих краях наступает весна!

 

Если вы вдруг спросите меня, какой он - Горный Кавказ в нескольких словах, то я отвечу вам – он как молодой породистый скакун. Дикий и вольный. Свободный. Необъезженный. Играющий мускулами, выбирающий простор и подчиняющийся лишь стихиям природы.

Можно сравнить его с горной Швейцарией, Альпами – только уберите оттуда набившие оскомину аккуратные домики, идеальные шоссе и все, к чему была приложена рука зануды-европейца. Тогда вы получите картинку, отдалённо напоминающую горный Кавказ. Но, согласитесь, нет смысла в подобных сложностях, когда вы можете сесть в автомобиль и чуть менее чем через сутки пути от Москвы познакомиться с ним – вдохновителем Пушкина, Лермонтова, Толстого.

Помню, проснёшься, встанешь с большим трудом. Оденешься-умоешься, рюкзак подхватишь. Доковыляешь на автопилоте до места, да залипнешь там на мгновение. Околдован предрассветной тишиной. А на душе так благостно-сонно... 

Дзынь - эсэмэска пришла. Из-за океана. Оттуда - из проступающей в утренних сумерках линии горизонта. От человека близкого, но такого далёкого. Из зимы в лето... Чем не параллельные миры? 

Вот, написал небольшой пост и расскажу сегодня про правильный способ приготовления креветок. Казалось бы, заурядное дело, но есть в нем пара хитростей. Первая и самая главная хитрость - креветки должны быть свежими. Никаких магазинных глазированных обмылков из пакетов со льдом, мороженых-перемороженых раз по сто - не вздумайте покупать эту дрянь! 

Резонный вопрос зададите вы мне - где же брать свежие креветки, когда в средней полосе морозы? Ответ прост - берём билеты в тёплую страну! Далее рассказываю на примере одного нашего дня на Бали, потому что в этот раз мы решили поесть креветок именно там =) 

Мы посетили эту бухту дважды за время непродолжительного отпуска, и каждый раз она представала перед нами безлюдной - на море было неспокойно и пляж, недоступный со стороны суши, пустовал. Очень сильное ощущение - наблюдать с высоты кусочек этой первозданной красоты. 

Одним из самых красивых пляжей, что мы встретили, путешествуя по Гоа на арендованном мотороллере, оказался Paradise Beach. Собственно, к Гоа он отношения не имеет, поскольку находится севернее, в соседнем штате Махараштра (Maharashtra). 

Это пятикилометровый практически пустынный (в ноябре) пляж, оправдывающий своё название одиночеством и великолепными видами. Море, пальмы прибрежной полосы и мелкий жёлто-белый песок располагают к отдохновению ума и тела. Место однозначно стоящее, особенно для любителей свободы и уединения.

Пляж мы нашли не сразу. Пришлось проехаться по северной части Гоа по дороге на Арамболь, периодически спрашивая местных. В одном из прибрежных соломенных кафе пожилая пара англичан подсказала нам точный маршрут через паромную переправу под Тереколем и дальнейшей дорогой мимо озера Redi. 

Пляж предстал перед нами пустынной безлюдной многокилометровой косой золотистого песка. Только море, небо и пальмы, настоящие простор и уединение. О большем мы и мечтать не могли.

2013-04-23

Это фото я сделал в 2008 году, будучи проездом в Курске. Была уже поздняя осень, но морозы всё не наступали. Помню, той ночью лёд впервые сковал лужи.

Меня тогда привлекло небо - слошная серая пелена, висевшая целый день, к ночи стала расступаться. В трещины облаков проглядывала луна, на короткие мгновения создавая поистине драматический свет.

Вода неспешно заполняет пойму, заливает жухлые, прибитые долгой зимой луга. Как будто жизнь втекает в эти земли. Там, где ещё вчера разгуливал в резиновых сапогах, сегодня уже приличная топь. 

С тех пор, как начала прибывать вода, пройдёт всего пара недель, и эти края наполнит движение - мощная зелёная листва попрёт, зашумят на ветру деревья. А как сойдёт разлив, взгляду откроется сочный ковер зазеленившихся лугов. Он будет пахнуть насыщенно и терпко, разнотравие явится обновлённым, спелым, свежим.

Однако, весна вступит в свои владения только тогда, когда сонм комарья взовьётся в воздух =)

2012-04-23

Есть у нас такая копилка - "На путешествия", куда мы в течение года откладываем копеечку. Открыв копилку, мы поняли, что поедем в деревню, хотя первоначально планировали Доминикану или Мальдивы) И хорошо, что не поехали к буржуям. Много сюжетов повидали. 

В небольшом городке во Владимирской области, где я родился и где сейчас живёт моя мама, всё ещё сохранилась программа по "Улучшению жилищных условий", и даже двигается соответствующая очередь желающих эти условия улучшить. 30 лет назад, когда было основано градообразующее исследовательское предприятие и наш маленький городок только-только родился, моим родителям была выдана комфортабельная однокомнатная квартира :) 

Через некоторое время родился я, что позволило родителям встать в очередь по программе улучшения жилищных условий, в конец длинного списка желающих получить квартиру побольше и поуютнее. 

С тех пор прошло много лет. Мои родители успели развестись, а я уехал учиться в Москву, а потом и вовсе остался там. Так мама оказалась одна в своей старенькой однокомнатной квартире. 

И вот, спустя 25 лет приходит бумажка, уведомляющая о том, что очередь наша таки дошла, и, согласно пресловутой программе, мы можем получить без всяких доплат двухкомнатную квартиру из городского фонда, взамен нашей однушки. Если желаем, конечно.

Обратная дорога по M2 несказанно порадовала. Наикрасивейшие пейзажи - Судженский район, Курская, Орловская области.

Сегодня среда, 12 октября 2011 года. Нас ждёт обыкновенная суета выходного дня. Дел не много, отремонтировать машину, да съездить на природу. Может быть, удастся увидеть золотую осень. 31 фото, 15Мб.